Добавить новость

«Не хочу быть «решалой»: Перфильев о «средневековье» в спорте, Томенко и переезде в Москву

25

Губернатор Алтайского края Виктор Томенко официально принял отставку министра спорта региона Алексея Перфильева. Чиновник покидает свою должность по семейным обстоятельствам, но остаётся жить и работать в Алтайском крае. В качестве главы регионального ведомства Алексей Перфильев проработал около трёх с половиной лет. Мы решили вспомнить большое интервью, которое летом 2021 года министр дал журналисту amic.ru Вячеславу Кондакову. В нём Алексей Перфильев откровенно объяснил, почему не держится за свою должность, а всю основную работу в ведомстве «свалил» на своих замов-кураторов. Также глава Минспорта края рассказал, звонил ли он помощнику Владимира Путина, чтобы получить кресло министра и откровенно признался, что его регулярно отчитывает губернатор Виктор Томенко. А ещё мы поговорили о футболе, баскетболе, хоккее и других видах спорта края, которые живут в «средневековье».

Мы разговаривали с Алексеем Перфильевым в центре настольного тенниса Алтайского края в ДК «Сибэнергомаш» в августе 2021 года.

«У меня только одна цель: вернуться на Алтай. Но уже в другом статусе. Я обещаю»

— Алексей Анатольевич, СМИ уже несколько месяцев вас «отправляют» в отставку. Говорят, вы рвётесь в Москву на хорошую должность, но вашу кандидатуру всё никак не согласовывают. Это так?

— Пути Господни неисповедимы. Я когда-то работал в Москве — пять лет. Мне кажется, что я со своей командой многое сделал для алтайского спорта. Достиг целей, которые ставил перед собой. Понимаю, что команда Минспорта работает уже самостоятельно и меня легко заменить. Но и не должно быть всё сосредоточено на одном человеке. Моя задача — подготовить преемника. Да, такие предложения мне поступили. Но если я и уеду в Москву, то только для того, чтобы потом вернуться. Я родился в Алтайском крае, меня с ним многое связывает: здесь живут мои друзья, родственники. Обожаю Горный Алтай. Но у меня есть амбиции получить новые навыки на федеральном уровне, чтобы завершить профессиональную и жизненную карьеру именно на Алтае.

— И на какую должность вас зовут в Москву?

— Предложения о работе поступают постоянно, но меня они не устраивают.

— А если конкретнее?

— Библиотекарем.

— Кем-кем?!

— Это шутка. Я бы не хотел называть конкретную должность. Когда ты добился в жизни высоких результатов, то хочется ставить перед собой более высокую цель.

— А почему отказались-то? Дело в зарплате, которую предлагали?

— Нет. 20 лет в бизнесе позволили мне быть уверенным в завтрашнем дне. Я довольно аскетичный человек. Много не надо. Мне просто не хватает драйва. А в той работе, которую предлагают в Москве, я его не вижу. Хотя есть примеры, когда люди довольно удачно переезжают в столицу.

— Недавно уехал уже бывший ваш коллега по правительству Максим Костенко.

— И не он один.

— Мне кажется, что вы устали работать министром спорта. Три года назад у вас горели глаза, вы проводили реформы, а сейчас такое чувство, что вам скучно и всё надоело. Это так?

— Это не усталость. Всегда после выполнения какой-то цели возникает некая опустошённость. Нужно не зависнуть, «перезагрузиться» и ставить новые цели. Но уже более амбициозные. Я своих целей в Минспорте, как мне кажется, уже достиг. В бизнесе, например, принято каждые пять лет заниматься новым делом. Если я завтра и уйду, что вполне возможно, то не буду переживать, потому что в ведомстве сформировалась хорошая команда управленцев. Очень горжусь тем, что если уйду в отставку, то останется наследие в виде новых спортивных объектов. Я не устал, есть ещё запас на рывок. И, безусловно, я готов к критике.

— А вы себя считаете успешным министром?

— Не могу себя оценивать. Это должны делать жители края и мой руководитель. Я зашёл в состояние «средневековья» в спорте и любая работа, которую мы делаем здесь сегодня, должна была быть сделана уже давно. Я не живу в розовых очках, но и руки нельзя опускать. Хотя слабоумие и отвага — не мой девиз.

— Не секрет, что у вас хорошие отношения с главой Минспорта РФ Олегом Матыциным. Не хотели бы поработать в этом ведомстве уже на федеральном уровне?

— Министерство уже возглавляет мой коллега Олег Матыцин, а уходить в какой-то департамент мне не интересно. У меня нет задачи куда-то «пристроиться». У меня только одна цель: вернуться на Алтай. Но уже в другом статусе. Я обещаю.

— Звучит, как будто вы хотите стать губернатором.

— Мне хочется оставить след в истории Алтайского края. Чтобы гулял по Барнаулу и понимал: многое появилось благодаря мне. Хочу «наследить» спортивными объектами. Чтобы потом на доме, где я жил в городе, появилась именная табличка с моей фамилией.

«Я-то так, объектики строю и денежки на отрасль выбиваю»

— Вы себя часто называете «нетипичным чиновником». Что вкладываете в это понятие?

— А я не знаю, как ведут себя типичные. Но в «випках» точно не сижу. Не держусь за табуретку руководителя и не играю роль чиновника. Я в этой раздевалочке, где мы сейчас с вами говорим, был, есть и буду, а министерская должность — временно. Главное, чтобы люди подходили и говорили: «Ты много сделал для края».

— Но вы часть этой бюрократической машины под названием власть. С вами в правительстве Алтайского края много опытных политиков и приходится встраиваться в систему. Сложно это делать?

— Стараюсь идти своим путём. Я простой пехотинец на фоне небожителей, которые решают глобальные вопросы. Я-то так, объектики строю и денежки на отрасль выбиваю. Не считаю себя политическим светилой. Были мысли пойти в политику, но передумал. Потому что хочется делать, если что-то пообещал, а не быть балдокрутом.

— За три года работы в правительстве края вам предлагали вступить в какую-нибудь «Единую Россию»?

— Периодически.

— И?

— Я беспартийный. Если заниматься политикой, то не хватит времени на спорт. Мне не нравится, когда главы федераций ходят ко мне на поклон, чтобы я потом всё равно отдавал поручения своим сотрудникам. Я вышел из бизнеса и знаю, что при хорошей системе любого человека можно заменить. Считаю, что у нас самым бесполезным должен быть министр, а самым главным — куратор каждой из 25 отраслей спорта в регионе.

— Я о такой системе только от вас слышал. Не представляю, чтобы, например, глава Минздрава края Дмитрий Попов сказал, что он, так, «бесполезный чиновник», «просто строит объектики» и на фоне своих замов ничего не делает.

— В медицине главную роль играют специалисты: главный акушер-гинеколог, главный педиатр, главный кардиолог. В здравоохранении, как и в спорте, тоже около 25 основных дисциплин. Главные специалисты должны быть лоббистами и, конечно, основная работа именно на них.

— Итак, допустим, вы завтра-послезавтра уезжаете в Москву. Хотели бы видеть своего зама Максима Рябцева на своём месте в министерском кресле?

— Это решает губернатор.

— А вы довольны своими кадровыми решениями? Вы так нахваливаете своих кураторов.

— Бывают и ошибки. На заре деятельности было неподготовленное решение по замене тренера в «Динамо-Алтай». Я рискнул и не сработало. Жизнь рассудит. То, что мне сейчас кажется правильным, потом могут признать ошибкой.

— Вы классно пиаритесь. В отличие от ваших коллег по правительству часто даёте интервью, активно ведёте соцсети. Это часть образа Алексея Перфильева по продвижению своего личного бренда?

— Это заслуга моих помощников (Кирилл Политов и Маргарита Белова, — прим. ред.). Моя медийность не для того, чтобы в соцсетях писали о том, что я пургу несу. Соцсети — это зеркало, открытый канал, чтобы получать обратную связь от людей. Я против критиканства, но за взвешенную критику. И я не пиарюсь, а популяризирую отрасль.

— Я имел в виду, что у вас интересный Instagram (принадлежит компании Meta, которая теперь признана экстремистской организацией на территории РФ). Вы, конечно, пока не выкладываете свои стихи, как Елена Безрукова, и не снимаете походы в баню, как некоторые наши депутаты Госдумы. Но в то же время много рассказываете о личной жизни.

— Я учусь быть открытым. Мне кажется, что я понятен для людей. Ничего не прячу. Была история с декларацией, когда многие не понимали, откуда у меня в собственности так много недвижимости. Но я весь на ладони, не шкерюсь и не прячусь. Всё заработал, когда занимался бизнесом.

«Взбучек» от Томенко было не одна, не две, а 22″

— Мне несколько членов правительства края в личных беседах рассказывали, что Виктор Томенко вас немного недолюбливает. Якобы потому, что не он вас фактически назначал. Говорят, когда появилась вакансия министра спорта, вы позвонили Игорю Левитину, с которым знакомы по работе в Федерации настольного тенниса, и попросили продвинуть вашу кандидатуру. Левитин позвонил Томенко, а отказать помощнику президента губернатор не мог. Поэтому Виктор Петрович и требует с вас строже, чем с остальных членов правительства, которых назначал он сам. Это так?

— Решение принимал губернатор. Вероятно, он выслушал различные мнения от других людей по моей кандидатуре, но итоговое решение принял именно Виктор Томенко. Если честно, то ситуация была с точностью наоборот: когда появилась вакансия, я не хотел становиться министром спорта. Так же было несколько лет назад, когда меня Александр Карлин звал работать в Министерство здравоохранения Алтайского края. Тогда я отказался, а в этот раз согласился. Я за себя никого не просил. Безусловно, у меня есть связи на федеральном уровне, но губернатор Виктор Томенко принял это решение самостоятельно. Если бы я рвался в министры, то держался бы за кресло. А я — за сменяемость.

— Но между вами и губернатором чувствуется некая напряжённость. В 2019 году он устроил вам публичную порку за плохой доклад. В зале, где были все члены правительства и несколько десятков журналистов, Виктор Томенко буквально докапывался до каждого вашего слова. Я больше такой публичной порки за его губернаторский срок не видел.

— Я ему благодарен за такое внимание к себе и министерству. В спорте обычно тренеры всегда уделяют больше внимания самым сильным и перспективным. Виктор Петрович прошёл большую школу политики. Для меня он как наставник и ориентир. Безусловно, он устроил тогда взбучку. Но на её фоне, к сожалению, никто не заметил принятие дорожной карты, которая позволила увеличить финансирование наших базовых видов спорта. Пусть Виктор Петрович меня и дальше дрючит. Не трогают только тех, кто ничего не делает.

— Я так понимаю, что это не разовое явление. Якобы в январе этого года во время визита министра спорта Олега Матыцина на барнаульский гребной канал кортеж с губернатором опоздал. А вы с гостем из Москвы были уже на месте. В итоге экскурсию по объекту за Виктора Томенко начали вы. Мне говорили, что губернатор потом устроил вам сильный разнос.

— Мы с Матыциным действительно чуть раньше приехали, не дождались губернатора, который уже подъезжал, и вместе с Юрием Шамковым начали показывать министру канал. А это всё же должен был делать Виктор Петрович. Эта несогласованность дала мне хороший урок. Поэтому во время второго визита Олега Матыцина на Алтай мы ездили в одной машине с губернатором. Эти политические вещи я иногда не способен уловить. А у главы региона должно быть всё чётко. Поверьте, таких «взбучек» от Томенко было не одна, не две, а 22.

«Очередь „порулить“ клубом не выстраивается»

— Мы с вами сейчас разговариваем, а параллельно барнаульское «Динамо» играет в 1/64 финала Кубка России с «Тюменью». Исторический матч: наша команда может выйти в следующий раунд, где её будет ждать клуб из РПЛ. Почему министр спорта края не на этом важном матче? Ему не интересен футбол?

— Мне, безусловно, интересен футбол, и я планировал сходить на стадион, но заранее договорился с вами об интервью. Всегда выполняю взятые на себя обязательства. Я всё равно никак не повлияю на результат матча, который, безусловно, важен для всего алтайского футбола и спорта. Посмотрю потом. Я вообще стараюсь не смотреть важные соревнования вживую. Даже за Олимпиадой следил в записи.

— Игра началась в 17:00. В будний день. Чем обычно занимаются в это время люди?

— Вы имеете в виду, что все работают?

— Да. Почему у нас в городе всё не для болельщиков? Для кого сейчас играет команда? Играть можно было бы позже, но уже несколько лет на стадионе «Динамо» не могут сделать хорошее освещение. Вы не считаете, что такой статусный матч в 17:00 — неуважение к болельщикам?

— Согласен. Ладно был бы октябрь, чтобы проводить матч так рано. Но сейчас лето. Я сам играю иногда на «Динамо» и даже в 20:00 на стадионе ещё светло. Видимо, между болельщиками и руководством команды нет диалога. Но посредники в виде меня или Министерства спорта, уверен, не нужны для его налаживания. Игры баскетбольного клуба «Барнаул» и волейбольной команды «Университет», выпадавшие на одно время, мы, например, легко переносили. Поэтому всё зависит от желания руководства «Динамо».

— И кто в этом виноват? Вы намекаете, что футбольной командой руководят люди, которые не способны эту работу организовать?

— Затыка никакого нет. «Динамо» существует полностью на бюджетные деньги. Низкий поклон спортобществу «Динамо» за то, что они руководят клубом. Ноша эта нелёгкая, поверьте. Они и так тянут эту историю как могут. Очередь «порулить» клубом не выстраивается. У нас все команды мастеров в крае живут за счёт бюджета. Да, пусть не очень шикарно, но мы ни одну команду ещё не закрыли.

— На последней встрече с журналистами президент клуба Алексей Минин жаловался, что бюджет клуба не менялся уже около 15 лет. За это время подорожало всё: от стоимости игроков до тарифов на авиабилеты.

— Слава, жизнь научила меня отталкиваться от фактов. А факты такие: каждый год бюджет команды увеличивается. Да, не намного, но он растёт. Мы ищем возможность оплачивать клубу отдельно расходы на выезды за счёт бюджета спортивных мероприятий. Причём помогаем всем нашим алтайским командам, а не только «Динамо». Иногда даже приходится ради этого урезать бюджеты детско-юношеским командам. Да, понимаю, что это спорное решение. Спасибо губернатору Виктору Томенко, что согласился увеличить расходы базовых видов спорта, а у нас их 24, до федеральных стандартов, выделив из краевого бюджета дополнительные деньги. Благодаря этому мы ежегодно индексируем бюджет «Динамо».

— На какую сумму?

— Около 3-5%. Мы реалисты и не можем сразу поднять на 20%. Конечно, можно было бы сделать футбол базовым видом спорта, увеличив бюджет клуба на 100 миллионов рублей, но тогда пострадают другие команды. А закрывать, как министр, я ничего и никого не хочу.

— Но на стадионе «Динамо» беда не только с освещением. В 2020-м там завершили укладку беговых дорожек вокруг футбольного поля. Покрытие оказалось настолько хлипким, что легкоатлетам запретили бегать в шиповках. Да и вообще туда не попасть. Я сам дважды пытался там побегать, но меня не пустили. Зачем и для кого тогда делали эти дорожки?

— А я могу рассказать истории, как моих знакомых, наоборот, пустили на стадион. Я знаю печальные примеры, когда барнаульцы мусорили на стадионе и, видимо, руководство «Динамо» не захотело, чтобы объект превращался в свалку. Диалог всё лечит. Когда я пришёл в министерство три года назад, мне казалось, что все беды алтайского спорта из-за отсутствия денег. Но это не так. Мне кажется, одна из причин — никто не умеет договариваться. Вы второй человек, от которого я узнаю, что его не пустили на «Динамо». Первым был спикер АКЗС Александр Романенко. Уверен, что всё в итоге придёт к тому, что на стадион можно будет попасть всем. Не бывает нерешаемых задач.

«Как в коммуналке: пытаемся уместить всех под одной крышей»

— Как оцениваете выступление алтайских спортсменов на Олимпиаде?

— Круто, что Каменский завоевал сразу две медали. Сергей не болеет звёздной болезнью, он — пример для ребятишек. Конечно, могло быть и больше наград, но результат и так более чем достойный. В России 85 субъектов, а наши спортсмены завоевали 71 медаль. Получается, что не всем регионам досталось. А у нас сразу две.

— Это всё, конечно, хорошо, но тот же Каменский назвал условия для тренировок в Бийске средневековьем. На протяжении трёх лет ему обещали построить спортивный комплекс, но в итоге денег не нашли и выделили помещение в подвале. Однако, по его словам, оборудование изношено. Объясните: почему один из самых топовых наших спортсменов занимается в таких ужасных условиях?

— Я не буду прятать голову в песок. Да, у нас в алтайском спорте средневековье. Это так. Но не совсем же труба. До моего прихода на пост министра было ещё хуже. Три года назад, вступив в должность, я объездил весь край. Был и у Сергея Каменского в Бийске. Мы решили, что нужно ему переезжать в другое помещение. Из краевого бюджета выделили 10 миллионов на ремонт стрелкового клуба. Из них два миллиона ушли только на закупку оборудования. И тогда помогли не только Сергею. Хорошо, что угадали с помощью, и на Олимпиаде Каменский показал прекрасный результат. Сегодня он встретился с Виктором Томенко. Губернатор закрыл вопрос с закупкой новых ружей и пулек. На эти цели выделили 8 миллионов.

— Получается, что спортсмен смог добиться улучшений условий только после трёх медалей на Олимпиадах? (Каменский завоевал первое серебро на Играх в Рио-де-Жанейро в 2016-м.)

— Не совсем так. Мы бы и так закупили оборудование. Мои коллеги предлагали делать это частями, но я решил: лучше сразу потратить 8 миллионов. Да, в спорте годами было плохо, но сейчас ситуация меняется. Если в 2018 году расходы на спорт в рамках КАИП (Краевая адресная инвестиционная программа, — прим. ред.) были 200 миллионов, то в этом — 1,2 миллиарда.

— А что скажете о Сергее Шубенкове? Многие считают, что это боль и грусть: спортсмен не выступает на второй Олимпиаде подряд.

— Он наш спортсмен, мы должны быть с ним рядом во время успехов и неудач. Я надеюсь, что у Сергея всё будет хорошо и он ещё всего добьётся. В том числе и на Олимпиаде.

— В 2024 году, во время Олимпиады в Париже, ему будет 33 года. Сложно показать высокий результат.

— Я сам прошёл спортивный путь, пусть моя карьера была и менее выдающейся, чем у Сергея. Поэтому знаю, как важно верить в спортсмена, а не навешивать заранее ярлыки.

— А читали интервью Сергея Клевцова «Алтайскому спорту»?

— Ещё нет.

— В нём тренер Шубенкова рассказал, что подготовка к Олимпиаде была сорвана из-за отсутствия легкоатлетического манежа в Барнауле. В «Политехе» положили дорожки, по которым нельзя бегать в шиповках, а на стадионе «Лабиринт», согласитесь, сложно перескакивать барьеры зимой в минус 30. Как-то планируете решать эту проблему? Или лёгкой атлетике на Алтае окончательно пришли кранты? Возможно, Шубенков так и не дождётся хороших условий, но ведь у нас подросло очень талантливое поколение: Полина Миллер и Савелий Савлуков.

— Я в этой истории в переговорах с властью представляю всегда интересы спортсменов. Сегодня, например, разговаривал о проблеме манежа с главным федеральным инспектором в Алтайском крае Юрием Земским. Исторически в манеже «Политеха» «жили» легкоатлеты, но вуз решил развивать массовые виды спорта. Они же не под застройку отдали этот объект, согласитесь? Жизнь в манеже бурлит. Я недавно там был, очень приятное впечатление. Но новый манеж сейчас мы просто так не построим. В стране 85 субъектов. Министерство спорта России не может взять и по щелчку пальцев построить в каждом регионе по легкоатлетическому стадиону, боксёрскому центру или бассейну. Надо определиться: какой спорт в том или ином регионе развивать. Не правильно отталкиваться только от «хотелок» регионов. В Казани понастроили спортивных объектов, а рядом на сотни километров ничего нет. Для начала Федерация лёгкой атлетики должна решить, что Барнаулу нужен легкоатлетический манеж и уже потом искать для него деньги. Я говорил об этом несколько раз с министром спорта РФ Олегом Матыциным, и он мою позицию разделяет. У нас в Алтайском крае есть начальная база. Мы строим легкоатлетические дорожки в муниципалитетах, но крытый манеж стоит больше миллиарда. А весь бюджет КАИП на спорт — 1,3 миллиарда. Мы на эти деньги приведём в порядок 49 объектов, а не один.

— И как решать проблему-то будете?

— Пока не знаю. Может быть, найдём способ стелить поверх дорожек в «политеховском» манеже специальное покрытие для профессиональных атлетов. Но тогда оно затронет часть футбольного поля. Получается как в коммуналке или малосемейке: пытаемся уместить всех под одной крышей. Нам очень хотелось бы иметь в Барнауле свой центр волейбола, центр баскетбола, центр дзюдо. Но даже два новых ФОКа, которые сейчас строим в городе, не решат эту проблему и площадку придётся делить всем.

— Но ведь Казань, которую вы упомянули, свои арены не за свои деньги строила, хотя там есть газ и нефть. Федеральные власти, мне кажется, должны понимать, что Барнаулу необходим легкоатлетический манеж. Наши ребята дают результат. В январе приезжал министр Олег Матыцин и обсуждал этот вопрос с губернатором Томенко. Неужели даже на таком уровне невозможно решить вопрос?

— Ещё раз: крытый манеж стоит минимум миллиард. И это в ценах 2014 года. Сейчас мы строим ледовый дворец в Бийске за 360 миллионов — это самый дорогой объект, который мы вообще возводили. Ну не построим мы его сами за свои деньги — невозможно это сделать. И тут должна подключаться Федерация лёгкой атлетики РФ и продавливать этот вопрос в Москве.

— Как так получилось, что ваша дочь занимается художественной гимнастикой в Омске, не в Барнауле?

— У меня и сын в 9 лет уехал в Краснодар. А дочь в Омске, потому что там построили федеральный центр по художественной гимнастике, туда приезжают лучшие со всей Сибири. Дочь одновременно выступает за Омск и Алтайский край. Если через год всё получится, то она поедет в Москву.

— Олимпиада, кстати, показала, что Россия — до сих пор спортивная держава вопреки всему. Даже тому, что у нас нет нормальных манежей, стадионов, бассейнов, как в США или Китае. Когда пловец Евгений Рылов выигрывал своё золото, я вспоминал наш бассейн «Обь». Ну каких чемпионов там можно воспитать, если отваливается штукатурка, а ремонт не делали десятки лет? И это объект в самом центре Барнаула. Я уже не говорю о зарплатах тренеров, которые на уровне МРОТ (13 тысяч рублей, — прим. ред.).

— Опять вы про «средневековье». Ну нельзя всё сразу взять и сделать. Там, куда мы вошли — хоккей и баскетбол, — изменения уже есть. Доберёмся и до «Оби». Объект без поддержки Минспорта будет только хиреть. Возможно, привлечём бизнес. Руки пока не дошли. Я понимаю, что ещё лет пять-десять «Обь» в таком виде может работать, а дальше его придётся закрывать на ремонт. Не забывайте, что 49% акций бассейна владеет Крайсовпроф. Там не очень заинтересованы в судьбе «Оби». Думаю, для начала государству нужно выкупить спортивный объект, а потом для него искать инвестора.

— Бизнес, вы сказали, заинтересован помогать. В хоккее, например, есть Михаил Дроздов, который выделяет деньги на команду «Динамо-Алтай», потому что сам увлекается этим видом спорта. Возможно, всё дело в том, что никому даром не нужен хоккей на траве, плавание или волейбол? Вы же не можете насильно заставить бизнесмена тратить свои деньги на спорт.

— Я регулярно встречаюсь с представителями бизнеса. Некоторые готовы давать деньги, но мне бы хотелось, чтобы бизнес входил именно в управление команд, как в истории с «Динамо-Алтай». У нас бюджет команды 37 миллионов, а в мадридском «Реале» 37 миллиардов. Бизнесмены могут помогать, но это тяжёлая ноша. Несколько раз разговаривал с Юрием Гатиловым и предлагал войти в управление «Коммунальщика». Помогать он готов, но не более.

— Зачем ему нужен ваш хоккей на траве, если Гатилов прекрасно строит высотки и занимается развитием Барнаула. Я не прав?

— Он должен понимать, что это часть его бизнес-стратегии. Так работают современные предприниматели. Думаете, Михаилу Дроздову интересно заниматься хоккеем? Он просто очень ответственный человек и знает, что с помощью спорта можно продвигать свой бизнес. Сейчас в Алтайском крае сформировался определённый пул людей, которые не просто так вкидывают личные деньги в спорт. Не рубль ценен, а профессиональный опыт. Наши команды не смогут жить без попечителей и без их знаний. Хотя с деньгами у клубов проблем нет.

«У наших людей почему-то желание сразу идти к царю-батюшке»

— Многие спортсмены, выступающие за Алтайский край, получают среднюю зарплату в районе 17 тысяч. Поэтому они выступают параллельно за два региона. Тот же Сергей Шубенков — ещё и краснодарский атлет. И все награды, которые он завоёвывает, приносят очки и в копилку Краснодарского края. Вы, когда вступали в должность, говорили, что решите проблему с низкими зарплатами. Почему не получилось?

— И хорошо, что в других регионах нашим атлетам платят высокую зарплату. Спокойно отношусь к тому, что спортсмены выступают за несколько субъектов и приносят очки в их копилку. У Яны Кирпиченко, например, тройной зачёт.

— Ну а как ей жить-то на 17 тысяч в месяц?

— Вот поэтому, выступая за три региона, можно набрать на хорошую зарплату.

— Поставлю иначе вопрос: это же не нормально, когда спортсменка, претендующая на поездку на Олимпиаду в Пекин, фактически работает на трёх работах, чтобы достойно жить?

— Ну не 17 тысяч у неё. Есть дотации, призовые. В целом набирается сносная зарплата, хоть нам и есть к чему стремиться. Яне также помогает Александр Фёдорович Ракшин — большой любитель лыж. Взамен он требует от неё не пить, не курить и показывать хороший результат. Государство вообще должно тратить деньги на массовый и детский спорт, а профессиональные спортсмены должны жить в основном на деньги спонсоров. Нельзя лезть в карманы детей. Наши команды и спортсмены должны быть более экономически независимыми.

— А как быть независимыми? Я понимаю, что Сергею Шубенкову, как мировой звезде лёгкой атлетики, платят производители одежды, энергетических напитков. Но какой Nike поможет девушке, выступающей за «Коммунальщик», или игроку баскетбольного «Барнаула»?

— Есть примеры, когда игровички имеют неплохой доход от спонсоров. Ещё раз: нет ни одного региона России, где построены все дворцы спорта, а команды выступают только в элитных лигах.

— Но разве государство не само в этом виновато? Десятилетиями у нас была система, когда профессиональные спортсмены жили за счёт бюджета. А государство требовало от них результата, в том числе и на Олимпиадах. Если нет условий для тренировок — это проблема власти, а не спортсменов. Такая система.

— Вот этот весь упор на бабки и привёл к тому, что некоторые спортсмены берегут себя перед коммерческими стартами. Лучше я скажу, что у меня травма, сохраню своё имя, но зато потом неплохо заработаю на коммерческих турнирах. В душу спортсмена не залезешь. Кто-то не едет на Олимпиаду, чтобы не получить травму. Так было с игроками НБА и НХЛ. Поэтому задача государства — создать условия для массового и детского спорта, а лучшие мастера должны привлекать внебюджетку.

— Хорошо, но тренеры, которые работают в детском спорте, тоже ведь получают по 20 тысяч рублей. И это при том, что у них две ставки. Это вот так «достойно» государство заботится о них?

— Это наша боль. Но мы не можем жить в отрыве от того, что происходит в экономике Алтайского края. А по этому показателю мы не самые лучшие в стране. Средняя зарплата по отрасли в регионе — 28 тысяч рублей. Поэтому тренеры и работают на две ставки. Конечно, я могу сейчас напомнить, что мы добились льгот для спортивных сельских тренеров. В частности, компенсации за ЖКХ. Но этого недостаточно. В каких-то спортивных школах пытаются оказывать коммерческие услуги, чтобы заработать больше денег. В итоге всё приводит к тому, что страдают дети.

— Были истории, когда юные хоккеисты тренировались в 22-23 часа, потому что в самое удобное время лёд на одной из барнаульских арен занимали мужики, играющие в хоккей за деньги.

— Кривых историй было много. Где-то это можно было оправдать выживанием. Но сейчас ситуация уже другая и спорт чувствует себя уверенно.

— Мне рассказывали, что люди из районов края не могут попасть к вам на приём. Приезжают специалисты, ответственные за спорт, из каких-нибудь Ключей или Табунов, но вы принципиально с ними не встречаетесь. Всё общение исключительно через вашего заместителя Максима Рябцева. Вам не интересно общаться с людьми из районов?

— Изначально я был открыт для всех. Но пошёл просто шквал, и я попросил со всеми проблемами обращаться к Максиму Рябцеву. Повторю: я в этой ситуации человек лишний и бесполезный. Моя задача — решать стратегические вопросы. У каждого вида спорта в министерстве есть свой куратор. Но у наших людей почему-то желание сразу идти к царю-батюшке. Зачем? Все полномочия есть у кураторов. Если необходимо — они спросят у меня совета. Если отвлекаться, то нельзя решить более серьёзные задачи. Я не хочу быть «решалой». Людям нужно эволюционировать. Если совсем прижало, можно написать мне в WhatsApp.

«Моя задача — ходить к Виктору Томенко и выбивать деньги на спорт»

— Став министром, вы многие полномочия по развитию спорта передали на уровень федераций. Вы до сих пор считаете это решение правильным?

— Я сам возглавлял Федерацию настольного тенниса и не понимал, как сидя в министерском кресле можно было решать, кого из спортсменов отправлять на соревнования. Поэтому сразу отдал эти вопросы на уровень федераций. Мы должны не заниматься их работой, а стараться поддерживать. Если возникают проблемы, приходится в них погружаться. У нас в Алтайском крае есть примеры федераций, на которых нужно равняться остальным. Но их не много.

— А федерация шахмат топовая?

— Отличная.

— Её руководитель Артём Поломошнов мне в недавнем интервью рассказал, что вы уже два года с ним не разговаривали. Со всеми проблемами он может обратиться только к вашему заму Максиму Рябцеву. Вы избегаете Поломошнова? Почему?

— Это правило, которое едино для всех. На самом деле Артём Поломошнов — огромный молодец. Но зачем нам с ним встречаться? Для этого есть куратор Максим Рябцев, который знает о делах Федерации шахмат лучше меня.

— Получается, что фактически это Максим Рябцев министр спорта Алтайского края, раз уж он за вас делает всю работу?

— Максим Рябцев прошёл огромный путь в спорте, поэтому он более осведомлён в некоторых вопросах, чем я. Я выполняю политические функции. Моя задача — ходить к Виктору Томенко и выбивать деньги на спорт.

— Но ответственность же всё равно на вас. Как вы будете знать, что происходит в отрасли, если не говорите с людьми из федерации напрямую? Артём Поломошнов рассказывал мне, что когда выселяли шахматный клуб на улицу, то сложно было достучаться до министерства. Только когда он подключил к проблеме заместителя губернатора Ивана Кибардина и Стеллу Штань, которая тогда ещё работала представителем Томенко в АКЗС, федерации выделили 4 миллиона на ремонт нового клуба для шахматистов. Да и то деньги дали почти через год. Но не каждый может, как Поломошнов, пойти напрямую к заместителю губернатора. А как быть остальным?

— За работу каждого сотрудника, каждого куратора отвечаю я. Поэтому их промахи — это мои промахи. Но ситуация с переездом шахматного клуба гораздо сложнее, чем вы описали. Коллеги из Федерации шахмат пошли своим путём и он не принёс результата. Мы подключились и в итоге всё хорошо закончилось. Клубу нашли прекрасное место в самом центре Барнаула. Повторюсь: правила коммуникации едины для всех. Мы не хотим кого-то превращать в любимчиков, а кого-то — в изгоев.

— Правильно понимаю, что вы намекаете, что Артёму Поломошнову не нужно было сразу идти к Ивану Кибардину и что этим он нарушил некие негласные правила?

— Его можно понять, ситуация с выселением развивалась стремительно. Помещение признали аварийным и нужно было искать новое. Понятно, что ситуация нестандартная и Федерация шахмат внесла огромную лепту, чтобы её уладить как можно быстрее. Спорт — это огромная семья. Если у кого-то из её членов случается несчастье, то нужно протягивать руку.

— Вы сказали, что не хотите, чтобы у Минспорта были любимчики. Но некоторые считают, что они всё же есть. Например, есть мнение, что на деньги, которые потратили на Кубок мира по гребле (около 700 миллионов, — прим. ред.), можно было построить спортивные школы во всех районах края. Такая же история с Федерацией бокса, которая вместе с министерством провела чемпионат России среди юниоров в Барнауле. Бокс и гребля теперь наши главные виды спорта в Алтайском крае?

— По факту на проведение Кубка мира по гребле деньги брали из трёх источников: краевого бюджета, Фонда поддержки олимпийцев и у спонсоров. Благодаря фонду, например, закупили лодок на 150 миллионов. Сумма, которую потратили на Кубок, очень внушительная. Но в эту историю «вписалось» огромное количество бизнесменов. А мы подключились и помогли. Если есть у Федерации бокса Алтайского края возможность привести в Барнаул чемпионат России, то почему мы должны стоять в стороне? Они привлекли на эти соревнования около 10 миллионов рублей. Мы добавили ещё 10. Также в истории с греблей или ралли «Шёлковый путь».

— Но вы же эти 10 миллионов не напечатали на принтере, а переложили из одного кармана в другой. Этих денег потом может не хватить детским спортивным школам.

— Есть такой проект «Спорт — норма жизни». Федеральные власти готовы дать Алтайскому краю 1,3 миллиарда рублей на строительство ФОКов. Условие одно: софинансирование регионом 1%. Нужно «вписываться» в эту историю?

— Безусловно.

— Так было и с проведением ралли «Шёлковый путь». Мы добавили совсем чуть-чуть. Когда бизнес готов вкладывать миллионы, то я готов поддерживать. А есть ситуация, когда те же шахматисты приходят и говорят: «Дайте нам 20 миллионов и мы на них что-нибудь крутое проведём». Я советую в таких случаях сходить поучиться у руководителей федераций гребли и бокса. Пусть шевелятся и учатся, как надо делать. Для всех остальных глав федераций Кубок мира по гребле — отличный раздражитель.

— Ради него Юрий Шамков (руководитель федерации гребли Алтайского края, — прим. ред.) привлёк всех крупных бизнесменов региона.

— И правильно сделал. Поэтому мы его и поддержали. Я видел в 1990 году, когда работал в медицине, как Яков Шойхет проводил конференцию по пульмонологии. Тогда ради того, чтобы это мероприятие состоялось, крутились все в крае.

— Но не все обладают таким опытом и связями, как Юрий Шамков, при всём к нему уважении. Есть пример хоккейного клуба «Коммунальщик». Его директор — Владимир Кобзев — говорит, что деньги, выделенные команде на год, закончились ещё в мае. Сейчас у клуба нет средств даже отправить девочек на спартакиаду и команда может вообще прекратить существование.

— Представь, что у тебя два сына. Каждому из них в день даёшь по рублю на карманные расходы. Один из сыновей уже к вечеру прибегает к тебе и требует ещё. А второй грамотно распорядился этим рублём. Нужно распоряжаться деньгами по-хозяйски. Мы каждой команде мастеров в этом году увеличили бюджет. Для кого-то даже в два раза. Это нонсенс, чтобы кто-то не мог поехать на спартакиаду. Может быть, ты просто спустил уже все деньги на сборах и теперь требуешь ещё?

— Хорошо, по вашему мнению, виноват руководитель, который потратил средства не туда, но что делать девушкам из «Коммунальщика»? Они-то хотят выступать и ездить на соревнования, а денег нет.

— Как медик скажу, что у каждой ситуации есть диагноз. Сначала дифференцированный, а потом окончательный. Перед началом прошлого сезона я спрашивал Владимира Кобзева, на сколько нужно поднять бюджет, чтобы взять медали. Он ответил — 3%. Сделал. Но медалей никто так и не выиграл. Понимаю, что ситуация в «Коммунальщике» — труба. Поэтому и вёл переговоры с Юрием Гатиловым, чтобы он вошёл в управление клубом. Слава, а скажи, сколько школ по хоккею на траве за Уралом?

- Не знаю, наверное, мало, примерно как пальцев на одной руке.

— Да. Мы школу держим, но результата пока нет. А к нам приходят представители других федераций и тоже просят. Что лучше: открыть за 25 миллионов школу биатлона в Барнауле или отдать их «Коммунальщику»? Мы идём по пути децентрализации и не хотим монополиста в спорте. Можно было спустить все деньги, которые у нас есть, на одну команду и развивать её. Но я этого не хочу.

— Отчасти такой прецедент может возникнуть. Новая баскетбольная команда «Барнаул» в этом сезоне будет участвовать в Суперлиге-1. На это нужно очень много денег. Потянете?

— Собираясь в дорогу, всегда сначала складываешь чемодан. Мы понимали, что переход в следующую лигу стоил бы нам плюс 30 миллионов. Эти деньги у нас были. Но это не значит, что БК «Барнаул» полностью будет существовать на краевые средства. Стараемся подтягивать бизнес.

«У меня для вас других жителей Алтайского края нет»

— Но «Динамо-Алтай» почему-то не дали денег для участия в ВХЛ-А, хотя сами говорили, что перед выборами некоторые бизнесмены готовы были выделить до 50 миллионов.

— Показал результат — иди дальше. Плохой пример для детей, если бы команда поднялась в другой дивизион, заняв даже не второе место в своём чемпионате.

— У руководства «Динамо-Алтай» стоят ещё и люди из бизнеса. Тот же Михаил Дроздов. Он, может быть, не согласен с вами и готов тратить деньги, но с условием, чтобы команда играла в ВХЛ-А. Не боитесь, что он придёт к вам, ударит кулаком по столу и скажет: «Алексей Анатольевич, хватит быть таким принципиальным. Давай заявляться уже в дивизион выше, а не вариться в этом болоте».

— Решения в клубе принимает не Михаил Дроздов, а Министерство спорта Алтайского края. Контрольный пакет находится именно у нас. Если они хотят играть в ВХЛ-А, то пусть полностью финансируют клуб и живут в своей парадигме. Не должно быть так, чтобы команда куда-то попадала за красивые глазки.

— Ваша племянница Юлия Нагорнева и её дети погибли в жутком ДТП на Ленинском проспекте в октябре 2018-го. Тогда виноватым признали Александра Руденко, который был за рулём пьяным. Насколько вам после такой трагедии комфортно общаться с бизнесменом Михаилом Дроздовым? С ним ведь тоже была история, связанная со смертельным ДТП и алкоголем...

— В своё время Александр Богданович Карлин сказал: «У меня для вас других жителей Алтайского края нет». Мы с Михаилом Дроздовым люди разные, у нас сложные отношения. А в личное я не лезу. Но он в этой истории является лоббистом хоккея и занимается его развитием. Поэтому не важно, какие у нас взаимоотношения. Я человек прямолинейный. За это извиняюсь перед коллегами. Должно быть всё по-честному. Если суд принял решение, что человек не виноват — я доверяю решению суда. Всё остальное — трагедия людей, которые погибли.

— Многие в отрасли хоккея неоднозначно восприняли назначение вашего помощника Кирилла Политова на пост вице-президента «Динамо-Алтай». Давно не было, чтобы у нас фактически пресс-секретари сразу же уходили в руководители крупных организаций. Хотя я считаю, что Кирилл — классный. Как будете парировать тем, кто с этим не согласен?

— Он пошёл на повышение не просто так, а чтобы делать команду популярнее у болельщиков. На Западе хоккейная команда может быть на последнем месте, но их любит публика и арена всегда забита. Задача — создать такую атмосферу в «Динамо-Алтай». Хочу сказать, что Кириллу непросто на новой должности. Он, что называется, вошёл во взрослую жизнь.

— У нас отличное поколение молодых биатлонистов. Однако в Белокурихе так и не построили горнолыжную трассу, хотя Александр Карлин, когда был губернатором, очень мечтал это сделать. Нет базы и в Барнауле. Почему в регионе, где семь месяцев лежит снег, до сих пор нет биатлонного комплекса?

— Результаты федерации заслуживают уважения. Мы недавно выделяли деньги дополнительно на закупку инвентаря — около 8 миллионов рублей. Мы хорошо вложились в реконструкцию школы олимпийского резерва. Сейчас готовим проект реконструкции биатлонного комплекса «Белочка». Также мы решили открыть наконец-то краевую биатлонную школу, которая будет стоить краевому бюджету всего 25 миллионов рублей. Это немного. Школа будет иметь филиалы в районах, где развит биатлон. Это как раз моя зона ответственности: подумать, как этот проект реализовать. А в это время мои коллеги-кураторы будут заниматься делами 120 федераций.

— По моей информации, руководство комплекса «Авальман» расторгло договор со школой горнолыжного комплекса. Якобы это ваша инициатива. И уже этой зимой детям негде будет заниматься. Насколько я знаю, комплексом и школой владеет один и тот же человек — Евгений Кизилов. Понимаю, что вас этот факт не устраивает, но как будете выходить из проблемы?

— Вы попали в десяточку, об этой истории мало кто знает. Действительно, получилось так, что руководитель сдавал сам себе комплекс в аренду. Это недопустимо. По сути, человек на себя оформлял бюджетные деньги, не поставив в известность нас. Я дал поручение куратору разобраться в этой истории. Разберёмся. Могу пообещать, что дети будут заниматься. Альтернативы «Авальману» у нас всё равно нет.

«Вторым я быть не готов»

— Вы часто в нашем разговоре приводите примеры из здравоохранения. Вы — кандидат медицинских наук. Не сожалеете, что не продолжили работать в этой сфере? Могли бы быть сейчас министром здравоохранения края.

— Я из семьи врачей. Мама работала гинекологом, папа — хирургом. Шальные 90-е заставили меня уйти в бизнес. Я сожалею, что не стал доктором, как мои родители, хотя имел опыт работы в сфере здравоохранения в 2011-2013 годы. Удалось даже провести несколько реформ. Но если в спорте сейчас царит средневековье, то давать оценку нашему здравоохранению я вообще тогда не буду.

— А почему ушли?

— До этого я работал в команде полпреда Виктора Толоконского. Меня заметил губернатор Александр Карлин и позвал в Алтайский край проводить реформу здравоохранения с хорошей перспективой возглавить департамент здравоохранения. Свою работу я выполнил, а Александр Богданович назначил руководителем ведомства Ирину Долгову. Её замом работать я уже не пошёл. Хотя с большим уважением отношусь к Ирине Викторовне, как и к выбору Александра Богдановича. Но вторым я быть не готов.

— Я так понимаю, это ваш девиз по жизни. Вы как Майкл Джордан, который тренировался дольше партнёров по команде, чтобы быть лучше и выигрывать титулы. Для вас важно быть в жёлтой майке лидера?

— Сергей Каменский тоже остаётся после тренировок, чтобы быть лучше. Нет, я командный игрок. Но в команде я должен стать лидером. Недореализовавшись в спорте до конца, мне хотелось бы реализоваться в жизни. У меня были бизнесовые и административные стартапы. Есть понимание, куда нужно расти. Деньги меня не волнуют: есть что поесть, есть что надеть.

— Некоторые люди, с которыми вы близко общались до работы в министерстве, говорили мне, что сейчас вы кардинально изменились. Якобы стали чиновником, а не приятелем или другом. До этого вы для них были Лёшей, а теперь Алексей Анатольевич. А вы лично заметили в себе эти изменения?

— Нет. Все мои друзья так и остались друзьями, несмотря на мой статус. Со многими я знаком с детства. Никто из близких не «переобулся». Спорт меня научил избегать звёздной болезни. Этому меня учил в своё время тренер, а сейчас — друзья.

— Итак, Алексей Анатольевич, уж коли вы не исключаете, что в ближайшее время покинете регион, то какими своими поступками в должности министра спорта больше всего гордитесь?

— Я больше помню неудачи. Все мои победы — это работа команды. Сходу вспоминаю принятие дорожной карты, когда в бюджет спорта каждый год стали добавлять по 900 миллионов. Низкий поклон Виктору Томенко за это решение. Алтайский край был до этого одним из трёх регионов России, кто не принял дорожную карту. Кроме того, рад, что удалось привлечь федеральные деньги на строительство спортивных объектов. А третье, что министерство «прорубило окно» на федеральный уровень и наш регион теперь знают в Москве. Когда впервые приехал в Министерство спорта РФ, то все удивились, что к ним приехал кто-то из Алтайского края. Благодаря этой работе наш регион — один из немногих — позвали в Совет по развитию физической культуры и спорта при президенте России.


Все новости Москвы на сегодня

Новости Москвы

Другие новости Москвы

Москва

Москвичей ждет передышка от жары с 28 июня


Другие города Московской области

Все новости сегодня

Происшествия

Путин: Россия передаст Белоруссии ракетные комплексы "Искандер-М"


Мода

И двух лет не отсидел! Прикончившего невинную душу зека Ефремова отпустят


Новости 24 часа

Россия в ближайшие месяцы передаст Белоруссии комплексы "Искандер-М"



Game News

Врач Кондрахин объяснил, чем опасен тепловой удар


News Every Day

Fulton vs Akhmadaliev next is a no-brainer, but will we get it?



Москва

Московские врачи за сутки вылечили 166 человек от коронавируса


Александр Розенбаум

Певец Александр Розенбаум высказался о скандале вокруг Юрия Шевчука


Москва

В Московской области появится завод по производству термокерамики


РФ

Лукашенко считает, что РФ и Белоруссия выйдут на необходимый уровень сотрудничества к 2023 году


Москва

Университет «Сириус» запускает новую магистерскую программу по медицинской химии


Москва

По факту падения балки при строительстве эстакады в Москве проведут проверку





Moscow.media (Москва.Медиа) — региональный паблик медиа-новостей Москвы и Московской области (в том числе и в Москве) на основе уникальной технологичной новостной информационно-поисковой системы с элементами искусственного интеллекта, гео-отбора и возможностью мгновенной публикации авторского контента в режиме Free Public от Ru24.net и "аксакала" новостей онлайн 123ru.net.

Moscow.media — тематический гео-мониторинг медиапространства более 20 000 источников ежеминутно, в деталях. Москва.медиа — все Ваши новости сегодня и сейчас в Москве онлайн.

Опубликовать свою новость в Москве и в любом городе, регионе, стране на любом языке можно мгновенно — здесь.

Персональные новости

Москва на Russian.city

Светские новости (слухи, сплетни, сарафанное радио, шоу-бизнес, рейтинги)


Власть


Оппозиция


Украина


Беларусь


Жизнь


Блоги


Развлечения


Сегодня в мире


Другие новости сегодня




Все города России от А до Я


Мы собрали ВСЁ, что интересно по этому поводу – СЕГОДНЯ