1,5 миллиарда рублей или добрая воля: почему Россия отказалась штрафовать за ИИ-контент как в Европе

В Евросоюзе за контент без пометки «создано ИИ» могут оштрафовать на сумму до 150 миллионов евро — около 1,52 миллиарда рублей. В России пока таких штрафов нет. Однако с 1 сентября вступает в силу федеральный закон, предполагающий маркировку ИИ-контента. Вместе с экспертами «Вечерняя Москва» выяснила, нужны ли подобные штрафы в России и как повлияют нововведения на интернет-пользователей.

Нельзя присваивать себе сгенерированный контент

Мы в Союзе журналистов России, конечно же, поддерживаем идею, чтобы на контенте, созданном с помощью искусственного интеллекта, ставили маркировки, так как создавать аналитический материал с проверенной информацией может только живой человек, умеющий хорошо мыслить и оперировать фактами.

У нас в России в настоящее время существует такая практика, что порой журналисты создают контент с помощью искусственного интеллекта. Речь идет в основном про изображения, сгенерированные нейросетями, которые дополняют авторские тексты. Надо отдать должное, все эти картинки маркируются, в некоторых случаях даже упоминается, с помощью какой именно ИИ-модели они были созданы.

Как показывает практика, журналисты используют либо наш отечественный ГигаЧат, либо зарубежные модели. Но это уже нормальная практика для журналистов — каждый работает с тем, с чем ему удобнее.

Другое дело, как оценивать такой материал с точки зрения этики — эти самые изображения не всегда уместны и не всегда связаны с реальными событиями: ведь простому читателю хочется видеть либо фотографию с места происшествия, либо даже альтернативную похожую историю, которая напрямую связана с происходящим, но никак не сгенерированный контент.

Что касается маркировок текста, который написан с помощью нейросетей, то это более сложная история. В Китайской Народной Республике, например, внедрили обязательную маркировку контента: скрытую или открытую. Мы же только находимся в стадии, когда редакции начинают внедрять такие технологии, используют искусственный интеллект для оптимизации.

Что касается сгенерированных изображений, то в принятом законе прописано, что для площадок с количеством посещений от полумиллиона человек маркировка должна быть технически реализована. То есть она должна ставиться в обязательном порядке. Журналисты обязаны маркировать такой контент. Сейчас возникает много сложностей с определением того, где фейк, а где реальность. Поэтому маркировка должна помочь разобраться с этой ситуацией, чтобы лучше ориентироваться в контенте.

Принятый закон пока вводит определенные понятия — понятия суверенных моделей. Естественно, что он будет дополняться регулирующими документами по мере накопления практики. Это мы обсуждали с коллегами из Государственной думы и Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ.

Наша главная задача — защитить журналистские материалы, защитить авторов. Иначе могут возникнуть разные сложности и вопросы, например: а зачем вообще снимать фотографам, если изображения можно сгенерировать с помощью искусственного интеллекта? Но мы понимаем, что ни одна ИИ-модель не несет ответственности за достоверность информации. И надо учитывать, что журналисты все-таки работают с достоверной информацией и тратят много времени на проверку фактов. И в итоге несут ответственность за опубликованную информацию. Поэтому в рамках того закона, который сейчас принят, прописано все логично. Но понятно, что в дальнейшем, при накоплении правоприменительной практики, его необходимо будет дополнять различными подзаконными актами.

В качестве примера я расскажу, что преподаю на факультете журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова. И мы своим студентам не запрещаем использовать нейросети. Но человек должен обозначить, что делал работу с помощью искусственного интеллекта, например, когда составлял список литературы. Мы хотим, чтобы человек не выдавал сгенерированный контент за свой.

Люди станут менее доверчивыми

Маркировка контента, созданного с помощью искусственного интеллекта, действительно может быть полезна, особенно для пожилых интернет-пользователей. Сегодня технологии позволяют создавать достаточно убедительные изображения, видео и даже имитировать голос человека, поэтому определить подделку самостоятельно становится все сложнее. При этом одной надписи «создано ИИ» недостаточно: если человек намеренно распространяет недостоверную информацию, он просто не станет ее ставить.

Поэтому маркировка должна внедряться в том числе на техническом уровне, например непосредственно на интернет-платформах. Пожилых людей можно и нужно учить критически относиться к такому контенту. В первую очередь не стоит доверять одному видео, фотографии или голосовому сообщению, особенно если человека призывают срочно перевести деньги, сообщить персональные данные или совершить какое-либо действие. При этом технологии развиваются настолько быстро, что привычные советы вроде поиска визуальных дефектов на изображении постепенно теряют эффективность. Поэтому важнее научить человека проверять источник информации и искать подтверждение в других надежных источниках.

При этом важно понимать, что пожилые пользователи — далеко не единственная уязвимая категория. С качественным контентом, созданным нейросетями, сегодня может столкнуться любой человек. Современные системы способны достаточно реалистично воспроизводить внешность и голос, поэтому рассчитывать исключительно на внимательность пользователя уже нельзя. Более эффективным решением могла бы стать единая и хорошо заметная маркировка, требования к которой будут одинаковыми для разных площадок. Пользователь должен сразу понимать, что перед ним полностью или частично сгенерированный материал.

Отдельная проблема заключается в том, где провести границу использования искусственного интеллекта. Сегодня нейросети применяются не только для создания изображения или видео с нуля, но и для обработки фотографий, улучшения звука, перевода, монтажа и других технических задач. Если маркировать любое применение подобных инструментов, количество таких обозначений будет настолько большим, что пользователи со временем просто перестанут обращать на них внимание.

Поэтому при разработке требований важно определить, какой именно контент должен получать обязательную маркировку.

Кроме того, необходимо развивать инструменты автоматического обнаружения синтетического контента, ведь тогда интернет-платформы смогут самостоятельно предупреждать пользователей о материалах, которые были созданы или значительно изменены с помощью искусственного интеллекта.

Штраф за нарушение должен бить по карману

В настоящее время в России Закон «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации» принят Государственной думой 8 июля, одобрен Советом Федерации 17 июля, подписан президентом России и уже опубликован 26 июля. Законопроект вступает в силу 1 сентября 2026 года, при этом часть положений — с 1 марта 2027 года, а переходный период для ранее созданных или эксплуатируемых систем предусмотрен до 1 сентября 2032 года.

Законопроект содержит специальный раздел, посвященный интеллектуальной собственности. Согласно положениям в этом разделе автор, использующий при создании произведения — статьи, стихотворения, музыки или другого произведения — искусственный интеллект, должен уведомлять об этом потребителя, то есть ставить маркировку, что произведение создано с помощью ИИ.

При этом вопрос о вознаграждении автора статьи или другого результата труда, используемого с помощью ИИ, законопроектом не предполагается. А это автоматически подразумевает, что использование для потребителя такого продукта будет безвозмездным.

Но надо отметить, что в законе не прописано, какое наказание будет за то, если автор не укажет, что его произведение создано с помощью ИИ. Как выходить из такого положения? В этой ситуации есть два пути. Или законодатель будет выпускать подзаконные акты, в которых будет предусматривать ответственность за немаркировку произведения, созданного с помощью ИИ. Или второй путь — действовать по существующему законодательству. То есть если обнаружится, что такой продукт есть в широком доступе, но не промаркирован, то подается иск в суд, чтобы обязать промаркировать. И тогда разработчик должен выполнить решение суда.

В противном случае предусмотрена административная ответственность по статье 17.15 КоАП «Неисполнение содержащихся в исполнительном документе требований неимущественного характера». Гражданам грозит штраф от одной до двух тысяч пятисот рублей, должностным лицам — от 10 до 20 тысяч рублей, юридическим лицам — от 30 до 50 тысяч рублей.

Если разработчик и после этого не выполняет требование суда, игнорирует его, то сотрудники правоохранительных органов могут возбудить уголовное дело по статье 315 Уголовного кодекса «Неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта». Там предусмотрена ответственность: штраф до 50 тысяч рублей, или обязательные работы до 240 часов, или лишение свободы до одного года.

На мой взгляд, стоит дорабатывать уже принятый закон и вводить отдельную статью в Кодекс об административных нарушениях за неисполнение именно этого закона. Цифра штрафа должна быть, конечно, не астрономическая, как за границей, но и не маленькая, чтобы модераторы сайтов не пренебрегали этим законом и знали, что, если их накажут, то штраф обязательно будет бить по карману.

Маркировка — это право знать, где начинается живой голос

С 1 августа 2026 года в Евросоюзе вступили в силу требования AI Act о прозрачности контента, созданного ИИ. За отсутствие маркировки — штрафы до 15 миллионов евро. В России же с 1 сентября 2026 года вступает в силу собственный базовый закон об ИИ.

Но подходы — принципиально разные. И это не просто техническая деталь. Это вопрос философии регулирования.

В европейских странах маркировка — это обязанность и закон. Этот подход — жесткий и императивный. AI Act требует от интернет-провайдеров и пользователей ИИ-систем раскрывать факт использования ИИ при создании изображений, видео, аудио и в отдельных случаях текстов. Нарушение влечет многомиллионные штрафы.

В России же маркировка контента, созданного с помощью ИИ, — добровольная. Пользователи получают право, но не обязанность маркировать аудио- и видеоматериалы. Владельцы крупных интернет-площадок с аудиторией свыше 500 тысяч человек в сутки обязаны предоставить пользователям техническую возможность для маркировки. Формат и порядок маркировки стороны определяют по соглашению между собой.

При этом законопроект об обязательной маркировке Госдума ранее отклонила. А первый зампред Комитета по информполитике Марина Ким заявила, что обязательная маркировка может утратить актуальность, поскольку в ближайшем будущем придется помечать уже 99 процентов публикаций. Наши законодатели осознают: если маркировка станет обязательной, ею будет покрыто почти все — и смысл теряется. Россия говорит: «Ты можешь предупредить, если хочешь». Вместо того чтобы вводить запреты, мы создаем правовое поле, где у человека есть выбор. Пытаться запретить или загнать в жесткие рамки технологию, которая развивается быстрее любого закона, — это бессмысленно.

Моя позиция такова: маркировка нужна. Но не как штрафной элемент, а как инструмент доверия. Для блогера, который использует ИИ-аватары или синтезирует голос, маркировка — это не угроза, а возможность сохранить репутацию. Если ты честно скажешь: «Здесь я использовал ИИ», — это вызовет уважение. Для зрителя маркировка — это право знать, чтобы сделать осознанный выбор.

В мире, где грань между человеком и алгоритмом стирается с каждым днем, маркировка — это не бюрократическая прихоть. Это последний бастион, за которым еще можно разглядеть, где кончается нейросеть и начинается живой голос.

Поэтому российский подход — добровольная маркировка без штрафов — выглядит более разумным. И это не слабость, а прагматизм.

Обилие сносок будет выглядеть довольно комичным

Попытка бороться с использованием искусственного интеллекта вызывает у меня большие сомнения. Пока трудно представить, что такие нормы получится адекватно применять на практике. Интернет уже давно заполнен текстами, которые были полностью или частично созданы с помощью искусственного интеллекта. Поэтому возникает закономерный вопрос: как именно будут определять происхождение того или иного материала? Теоретически под подобные ограничения можно попытаться подвести практически любое цитирование из открытых источников, потому что никто уже не может с уверенностью сказать, какой объем контента написан человеком, а какой был создан нейросетью.

Кроме того, за последние 20 лет интернет заметно изменился. Во многом это связано с монополизацией поисковых систем и браузеров, которая привела к коммерциализации информационного пространства. Сегодня практически по любому поисковому запросу пользователю стараются показать рекламу — открытую или скрытую. В результате в сети все чаще встречаются сайты средств массовой информации, крупных корпораций и других рекламодателей, а независимых источников становится меньше.

Не менее важный вопрос — каким образом вообще собираются выявлять контент, созданный искусственным интеллектом. Вполне вероятно, что для этого также будут использовать ИИ. Получается парадоксальная ситуация: искусственный интеллект будет контролировать использование искусственного интеллекта.

Многие россияне владеют сайтами с доменами в международных зонах, например com и info. Пока непонятно, как европейские нововведения могут отразиться на них. Теоретически можно представить ситуацию, когда во время поездки в одну из стран Европейского союза возникнут вопросы к размещенному на сайте контенту. Уже одна такая неопределенность заставит владельцев ресурсов задуматься о возможных рисках.

Пока радует только одно: у нас еще не дошли до обязательной маркировки такого контента. Поэтому есть возможность посмотреть, как подобные механизмы будут работать в странах Европейского союза. Не исключаю, что новые правила могут отбить желание пользоваться информацией из интернета. В итоге владельцы сайтов могут сопровождать публикации предупреждением о том, что отдельные части текста, предложения, слова или даже буквы могли быть созданы с помощью искусственного интеллекта. Со стороны это будет выглядеть довольно комично.